25 Мая 2026«Но затем биологи пригляделись к тому, что происходит на самом деле», — сообщает автор. Оказалось, что стереотипы не универсальны: например, среди рыб вида морской дракончик ценятся не крупные самцы, а заботливые отцы. У вида под названием «зерновка фасолевая» самка предпочитает пить сперму самца, чем оплодотворять ею свои яйцеклетки.Уильям Браун из Университета штата Нью-Йорк пришел к выводу, что самцы богомола активно оценивают опасность сношений с каждой конкретной самкой, чтобы снизить риск.Был в нашем институте один преподаватель на кафедре физики – доцент Рязанов. Телосложения крупного, лицо бородатое, голос строгий, требования к знаниям студентов – принципиальнейшие. «Половые сношения — занятие фантасмагорическое и часто опасное: венерические инфекции могут быть желательными, жить в гареме вместе с другими самцами внутри подруги — мечта, а обезглавленные возлюбленные — это бонус», — повествует автор. Биологи также зафиксировали непорочные зачатия и спонтанные перемены пола. По сравнению с этим сексуальные излишества людей — еще цветочки, замечает автор.Символом опасного секса является самец богомола: в идеале он вскакивает самке на спину, крепко цепляется, спаривается и спрыгивает. Но стоит ему поскользнуться, как он оказывается в зоне досягаемости челюстей самки и запросто может лишиться головы, поясняет автор. А провалившиеся через несколько дней обреченно шли пересдавать, не зная, что их могут ожидать весьма приятные сюрпризы, – Рязанов, то ли устав от бессмысленных ответов, то ли преодолевая рутинность преподавательского бытия, мог разнообразить процесс пересдачи экзамена весьма нетрадиционными действиями.Когда-то казалось, что у животных с сексом все просто, повествует на страницах The New Scientist журналист Майкл Брукс. Дескать, кичливый самец знакомится с кокетливой самкой, ухлестывает за ней, вводит сперматозоиды в полость по соседству с яичником и отправляется к новым победам, пишет он.Гонял всех на экзаменах как сидоровых коз – нещадно стегая дополнительными вопросами, да так, что с первого раза едва половина его учеников успешно проходила испытание. Вот, однажды, после пятичасового экзамена, видя, что ещё человек восемь безнадежно уставились в разложенные перед ними листки бумаги, где уже давным-давно должны быть начерканы ответы, Рязанов нарисовал на доске мишень, и отметил каждый сектор оценкой. «Что, ­– говорит, – нерадивые, счастья не попытаете? А то, чувствую, ничего путного я сегодня не услышу».